Газовая фикция ЕС ценой в 440 млн евро обеспечивает РФ новыми маршрутами

Миллионы евро, которые Еврокомиссия тратит на газовые проекты для диверсификации поставок из РФ, оставляют Европу с российским ресурсом, рассказал ФБА «Экономика сегодня» президент фонда исторических исследований «Основание» Алексей Анпилогов.

Газовая фикция ЕС ценой в 440 млн евро обеспечивает РФ новыми маршрутами

Европейская комиссия за семь последних лет потратила 440 млн евро на семь бесполезных газовых проектов. Большая часть финансовых средств, а именно 431 млн евро, говорится в исследовании международной правозащитной организации Global Witness, была направлена на газопровод, предназначенный для снижения зависимости Евросоюза от российского газа.

Речь идет о трубопроводе BRUA с маршрутом Болгария – Румыния – Венгрия – Австрия, который, вероятнее всего, не достроят. Часть газопровода протянули в ноябре 2020 года, но она расположена внутри Румынии и не соединяет ее ни с соседними странами, ни с черноморскими месторождениями.

Бесполезность этого проекта подтверждается и обеспокоенностью инвесторов, уверенных, что по газопроводу не пойдет черноморский газ, так как один из операторов неосвоенных месторождений в Черном море Exxon собирается продать лицензию. Такие перспективы не обрадовали лиц, ранее заинтересованных в проекте, поэтому в апреле 2020 года планы по продлению BRUA в Венгрию отложили на неопределенный срок.

Газовая фикция ЕС ценой в 440 млн евро обеспечивает РФ новыми маршрутами

Однако в Румынии настроены позитивно. Например, генеральный директор румынского «Трансгаза» Ион Стериан продолжает заявлять о развитии газотранспортной системы страны.  Ему противоречит глава румынского регулятора ANRE Мария Маничута, которая в принципе не знает, что транспортировать по газопроводу, кроме еще не добытого черноморского газа.

«Внутренние перемычки в Евросоюзе можно сравнить с капиллярами, которые доставляют газ в те или иные страны региона. Но есть еще магистральные артерии на территориях близ Европы, по которым заходит газ в капилляры ЕС. Например, Украина, не входящая в Евросоюз, но при этом, как энергодефицитная страна, потребляющая российский газ. По документам он может поступать откуда угодно, но это попытки обмануть самих себя.

Соединительный газопровод BRUA вроде бы идет не из России, а трубу пополняют через TANAP и TAP – «Южный поток» и EastMed. Но фактически туда же заходит российский «Турецкий поток». За счет него Турция планирует стать хабом по примеру Германии с «Северным потоком» и газопроводом, который сейчас достаивается», – объясняет Алексей Анпилогов.

Евросоюз не жалеет денег на спекуляции

Международная правозащитная организация Global Witness в своем исследовании, оценив позиции всех участников проекта BRUA и вовсе заподозрила, что подобная неопределенность может указывать лишь на нецелевую трату средств европейских налогоплательщиков. Кроме того, с учетом вложений правительств стран Евросоюза и грантов местных банков сумма явно превышает 440 млн евро.  

Известно, что в 2017 году многострадальный газопровод, призванный освободить Европу от российского ресурса, получил 60 млн евро от Европейского банка реконструкции и развития. Общая сумма финансовой помощи ЕС на строительство газопровода составила 180 млн евро.

Газовая фикция ЕС ценой в 440 млн евро обеспечивает РФ новыми маршрутами

«Когда Евросоюз начинает финансировать подобные проекты, он не то чтобы льет воду на свою мельницу, а помогает таким странам, как Турция, получить статус транзитера. Анкара же думает, что получает рычаг политического влияния.

Но в этом и есть интерес России. Конечно, ей сейчас трудно воздействовать на политику Евросоюза, но, с другой стороны, Москва может эксплуатировать формально декларированный подход ЕС к диверсификации в свою пользу. Выбор очевиден: у РФ есть одна Украина либо есть Германия, Украина, Белоруссия и Турция с возможностью выбора маршрутов», – добавил эксперт.

После всех подсчетов Global Witness посоветовала Еврокомиссии отказаться от всех неудачных газовых проектов и убрать их из списка приоритетного интереса (PCI).  Но премьер-министр Румынии Людовик Орбан на церемонии запуска первой части проекта подтвердил позитивный настрой, несмотря на плачевные перспективы и массовую растрату средств.

Борьба с российским газом играет злую шутку с ЕС

Краски вокруг BRUA сгущаются, стороны все глубже вязнут в противоречивых действиях и заявлениях: Бухарест, вопреки своим же позитивным лозунгам, рубит все на корню и ограничивает экспорт газа, повышая налоги для добывающих компаний, а партнеры по глубоководному блоку «Нептун» OMV Petrom и ExxonMobil отложили все планы на газопровод и приблизились к отказу от него.

Последнее инвестиционное решение по BRUA, сообщили в Global Witness, планируют обсудить в первом квартале 2022 года, при этом разработка месторождения с запасами 84 млрд кубометров запланирована на 2025 год.

Газовая фикция ЕС ценой в 440 млн евро обеспечивает РФ новыми маршрутами

В OMV планировали, что добыча в Черном море вообще начнется в 2020 году. Однако глава департамента по добыче OMV Йохан Пленингер уверен, что с мертвой точки проект сдвинет только отмена изменений налогового законодательства Румынии. Но пока Бухарест размышляет, заявил министр энергетики страны Виргил Попеску, другой партнер ExxonMobil ведет переговоры о продаже доли госкомпании «Ромгаз».

Вторая часть газопровода BRUA также уперлась в тупик. В Global Witness допустили, что в Венгрию она не дойдет, пока не появится конкретика в освоении черноморских месторождений. Изначально планировалось, что на черноморском глубоководном месторождении участники проекта ежегодно смогут добывать три-шесть миллиардов кубометров газа и отправлять большую часть в Венгрию и Австрию. Но отсутствие заявок на поставку по второй части газопровода скорректировало планы Еврокомиссии.

Алексей Анпилогов, оценивая многочисленные попытки Евросоюза диверсифицировать поставки российского газа заключает, что чем больше таких проектов в Европе, тем лучше для РФ. При этом исход их реализации, потеря денег Еврокомиссией и различные заявления не встанут на пути голубого топлива из России, которая способна использовать излюбленные ЕС правила против таких попыток.